Грозовой перевал (wuthering heights) Эмили Бронте, Д. Л. Абрагин

После перестройки появилось много новых переводов тех книг, которые в советский период существовали по-русски только в одном варианте, а то и просто не издавались. Кроме того, вернулись к читателю и некоторые дореволюционные переводы.

Чем отличаются друг от друга несколько переводов одного и того же произведения? Какие из них на самом деле являются разными редакциями одного и того же текста? В каких текст полный, а в каких сокращенный? Мы предлагаем читателю своего рода навигацию — решайте, какой перевод нужен вам.

Над проектом работают учащиеся магистратуры НИУ ВШЭ «Литературное мастерство» (специализация «художественный перевод») под руководством Александры Борисенко.

  • Рецензия Александры Гусевой
  • «Грозовой перевал» Эмили Бронте
  • Wuthering Heights by Emily Brontë
  • * * *
  • О романе

Единственный роман Эмили Бронте «Грозовой перевал» был впервые опубликован в Англии в 1847 году. Современники не оценили его по достоинству, посчитав излишне мрачным и жестоким. Прошло много лет, прежде чем эта книга обрела заслуженную популярность; сейчас она считается классикой английской литературы.

Роман повествует о двух поместьях и двух семьях, судьбы которых трагически переплетаются. В основе конфликта — разрушительная страсть Хитклифа, угрюмого психопата с тяжелым детством, к дочери его приемного отца, своенравной и самолюбивой Кэтрин.

Озлобленный на весь мир Хитклиф видит врага в каждом, кто по воле случая оказался на его пути, и начинает мстить — бессмысленно и беспощадно. Разрушенные судьбы, отчаяние и безысходность, обманутые ожидания, полное бесправие, болезни и смерть — вот лишь неполный список того, с чем приходится столкнуться персонажам.

В самом деле, мрачности и жестокости книге не занимать — что вовсе не отменяет потрясающей силы таланта ее создательницы.

Грозовой перевал (wuthering heights) Эмили Бронте, Д. Л. Абрагин Ф. Айхенберг 

  1. * * *
  2. Коротко о переводах

Первый перевод «Грозового перевала» на русский язык появился в 1958 году и вплоть до конца нулевых годов оставался единственным. Затем, начиная с 2009 года, возникает целый ряд новых переводов. Сейчас «Грозовой перевал» существует на русском языке в шести вариантах:

Перевод Надежды Вольпин (1958)
Это самый популярный перевод романа, который считается классическим. В неточности переводчика не упрекнуть: здесь нет ни ошибок, ни вольностей.

Безупречный литературный язык, убедительно стилизованный под XIX век, делает перевод легким и приятным для чтения.

Но есть и существенный недостаток: за гладкостью языка теряется оригинальный стиль романа, в том числе яркая, самобытная речь героев.

Перевод Ульяны Сапциной (2009)
Этот перевод отличается живым и простым языком — более простым, чем в оригинале. Текст умеренно стилизован под старину, но по сравнению с переводом Вольпин звучит гораздо современнее. Временами в переводе встречаются ошибки и стилистически неудачные фразы.

Перевод Натальи Роговой (2012)
В переводе немало ошибок, неточностей и стилистических несообразностей. Порой переводчик допускает грамматические ошибки и путается в именах персонажей. Язык архаизирован непоследовательно: время от времени в тексте встречается современная лексика.

Перевод «Мультимедийного издательства Стрельбицкого» (2016)
Судя по информации в Сети, автор этого перевода — Татьяна Черняк, хотя выходные данные книги вообще не содержат имени переводчика.

В бумаге перевод не издавался, а вот при поиске электронной версии романа велик риск наткнуться именно на него.

Качество перевода не выдерживает никакой критики: огромное количество смысловых, лексических и грамматических ошибок вкупе с совершенно неудобочитаемым языком делают его серьезный анализ невозможным.

Перевод Анастасии Грызуновой (2018)
Этот перевод представляет собой нестандартную трактовку книги: Грызунова исходит из представления о том, что «Грозовой перевал» — это пародия на готический роман. Отсюда и стиль перевода — чрезмерная архаизация, тяжеловесный синтаксис, вкрапления современной лексики и обилие иронии.

Переводчик ярко подчеркивает и зачастую утрирует стилистические особенности оригинала. Из-за перечисленных особенностей перевод Грызуновой может показаться сложным для восприятия, и тем не менее это очень продуманный и цельный текст, в котором нет ошибок и каких-либо случайностей, — и его чтение может доставить немалое удовольствие.

Перевод Нины Жутовской (2020)
Это точный и качественный перевод, последовательно стилизованный под старину. В большинстве случаев Жутовская удачно передает особенности стиля оригинала и сохраняет эмоциональную выразительность речи героев. Тем не менее перевод не лишен шероховатостей и стилистических огрехов.

Стоит упомянуть и о переводе А. Ненашевой (2008), который формально относится к числу переводов «Грозового перевала». Он не вошел в наш обзор, поскольку представляет собой перевод адаптированной версии романа для изучающих английский язык. В печатном виде его не найти: он существует только в виде двуязычной аудиокниги.

Грозовой перевал (wuthering heights) Эмили Бронте, Д. Л. Абрагин Ч. Брок 

  • * * *
  • Сравнение переводов
  • Приведем небольшой фрагмент романа в разных переводах, чтобы продемонстрировать стиль каждого из переводчиков:
  • Перевод Надежды Вольпин:
  • Такая тоска была в порыве горя, сопровождавшем этот бред, что сочувствие заставило меня простить Хитклифу его безрассудство, и я удалился, досадуя на то, что вообще позволил себе слушать, и в то же время виня себя, что рассказал про свой нелепый кошмар и этим вызвал такое терзание; впрочем, причина оставалась для меня непонятной.
  • Перевод Ульяны Сапциной:
  • В бессвязных речах, сопровождавших этот порыв, звучало такое горе, что из сочувствия я простил Хитклиффа и удалился, сердясь на себя и за то, что подслушал его, и за то, что рассказал ему о своем нелепом сне и обрек на мучения, — впрочем, я так и не понял почему.
  • Перевод Натальи Роговой:

В этом бреду чувствовалась такая боль, такое горе, что я совсем не обратил внимания на всю нелепость подобного поведения. Я ретировался, наполовину сердясь на себя, что подслушал эти чудны́е речи, наполовину досадуя, что вообще рассказал свой кошмар, ставший причиной терзаний, хотя ПОЧЕМУ это произошло, так и осталось для меня загадкой.

Перевод «Мультимедийного издательства Стрельбицкого»:

Было столько боли в потоке горя, которое сопровождало это неистовство, что мое сострадание заставило меня оставить без вмешательства это безумие.

Я удалился прочь, отчасти раздосадованный тем, что мне пришлось услышать все это, а отчасти мучаясь оттого, что я имел отношение к этому нелепому ночному кошмару, вызвавшим эти страдания, хотя почему — этого я не понимал. (Орфография переводчика сохранена. — А. Г.)

  1. Перевод Анастасии Грызуновой:
  2. Такая мука была во вспышке горя, сопровождавшей сии неистовые речи, что в сострадании своем я позабыл, сколь эти речи неразумны, и отступил, отчасти злясь, что подслушал, и досадуя, что пересказал свой нелепый кошмар, каковой и вызвал подобные терзанья, хотя причина оных и оставалась для меня непостижима.
  3. Перевод Нины Жутовской:

В горестном отчаянии Хитклифа было столько муки, что сострадание заставило меня позабыть о нелепости происходящего, и я отошел от двери, почти разозлившись, что слушал этот плач, и досадуя, что вообще поведал ему о своем глупом ночном кошмаре, раз он привел его к таким терзаниям. Однако почему Хитклиф так страдает, не поддавалось моему разумению.

  • Оригинал:
  • There was such anguish in the gush of grief that accompanied this raving, that my compassion made me overlook its folly, and I drew off, half angry to have listened at all, and vexed at having related my ridiculous nightmare, since it produced that agony; though why was beyond my comprehension.

Грозовой перевал (wuthering heights) Эмили Бронте, Д. Л. Абрагин А. Мороз 

  1. * * *
  2. Подробнее о переводах
  3. Перевод Надежды Вольпин

Советский перевод Надежды Вольпин до сих пор считается каноническим. В нем нет ни пропусков, ни ошибок, ни существенных смысловых неточностей. Переводчику удается стилизовать текст под XIX век, при этом не утяжелив его.

Выразительный литературный язык — то, за что этот перевод принято ценить больше всего. Но сглаживание языка, которое было частью советской переводческой нормы, неизбежно приводило к стилистическим потерям.

В переводе Вольпин это в первую очередь коснулось передачи речи персонажей.

Герои романа наделены яркими речевыми характеристиками, через которые раскрываются их характеры, внутреннее состояние, происхождение, воспитание и т. д. — но у Вольпин все это почти стирается. Многие реплики, поражающие своим ритмом, поэтичностью и силой эмоционального воздействия в оригинале, в переводе звучат куда более нейтрально.

Книга «Грозовой перевал»

45 960 прочитали 19 932 планируют 1 485 рецензий 1 065 цитат

  • №52 в Литература 19 века
  • №36 в Зарубежные любовные романы

Роман-загадка, вошедший в десятку лучших романов всех времен и народов! История бурной, поистине демонической страсти, которая будоражит воображение читателей вот уже более полутора сотен лет. Кэти отдала свое сердце двоюродному брату, но честолюбие и жажда богатства толкают ее в объятия богача. Запретное влечение превращается в проклятие для тайных любовников, и однажды…

Яркий реалистичный рассказ о жизни английской провинции со всеми ее предрассудками, тайными пороками, страстями, ханжеством и драмами.

Грозовой перевал (wuthering heights) Эмили Бронте, Д. Л. Абрагин Грозовой перевал (wuthering heights) Эмили Бронте, Д. Л. Абрагин

Когда, как не долгими осенними промозглыми вечерами, читать «Грозовой перевал» — лучшее время, чтобы впитать все страдания, боль, потери и крах надежд. Этот роман может не быть любимым, но стоит признать его мощь и то, что он увлекает вас каждым словечком и фразочкой и не отпускает до последнего, пока вся история не получит своего завершения.

«Грозовой перевал» — старинное имение семейства Эрншоу, где как в счастливой сказке жили папа, мама и два малыша, но их семейная идиллия была разрушена, когда сердобольный отец привел домой цыганенка-найденыша, которому дали имя Хитклиф. Высокопарно выражаясь, это было начало конца всему — любви, счастью, надеждам и развитию, потому как последующие события как снежный ком собирались в одним сплошной комок страданий.
По-началу я симпатизировала…

Развернуть

Возрастные ограничения: 12+

Я представляю интересы автора этой книги Всего 1485

Когда, как не долгими осенними промозглыми вечерами, читать «Грозовой перевал» — лучшее время, чтобы впитать все страдания, боль, потери и крах надежд. Этот роман может не быть любимым, но стоит признать его мощь и то, что он увлекает вас каждым словечком и фразочкой и не отпускает до последнего, пока вся история не получит своего завершения.

«Грозовой перевал» — старинное имение семейства Эрншоу, где как в счастливой сказке жили папа, мама и два малыша, но их семейная идиллия была разрушена, когда сердобольный отец привел домой цыганенка-найденыша, которому дали имя Хитклиф. Высокопарно выражаясь, это было начало конца всему — любви, счастью, надеждам и развитию, потому как последующие события как снежный ком собирались в одним сплошной комок страданий.
По-началу я симпатизировала…

Развернуть

«Главная романтическая книга всех времён» — написано в аннотации к одному из изданий. Но как по мне книга вовсе не о любви.
По моим впечатлениям роман глубокий, насыщенный психологизмом, мрачный и тяжёлый морально. О человеке, прожившем всю свою жизнь в состоянии жертвы. Конечно же, я имею ввиду Хитклифа. Судьба у него тяжёлая.

Сирота неизвестного происхождения, был принят в семью знатного человека, но принят не всеми. Постоянные унижения, издевательства, насмешки сломят кого угодно, а Хитклиф не отличается сильной волей. Он на всю жизнь так и остался обиженным ребёнком, которого мучали и есть лишь одно желание: мстить. Но месть не приносит счастья, не даёт удовлетворения.

Он продолжает винить всех в своих бедах, продолжает мстить и делать больно. И жизнь его сплошная тьма. Была ли…

Развернуть Всего 1065 Всего 3

«Грозовой перевал» для многих поколений девушек стал сагой о вечной любви. Но для самой Эмили Бронте то был гимн протеста. Викторианцы отлично видели этот протест — и негодовали. Сюжет единственного романа Эмили Бронте вертится вокруг любви двух детей — цыганёнка-найдёныша Хитклифа и дочери его опекуна Кэтрин.

Даже когда они вырастают, их любовь остаётся именно детским чувством, страстным, сильным, эгоистичным. Они ломают судьбы тех, кто оказывается рядом с ними: Кэтрин — неосознанно, Хитклиф — нарочно, стремясь отомстить всем, кто унижал его или, как ему кажется, унижает сейчас.

Всё это происходит на фоне разговоров о призраках и чёрной…

Развернуть

21 декабря 2019 г., 12:28

749

Лоррейн Берри (Lorraine Berry) «Читатель, я вышла за него». Если вы когда-нибудь читали эти слова и думали: «Погодите-ка, что?», тогда эти одиннадцать книг, возможно, как раз то, что вы ищете.

«Джейн Эйр» Шарлотты Бронте и «Грозовой перевал» Эмили Бронте вдохновили собратьев по перу придумать другие варианты прошлого и будущего и других возлюбленных для Джейн и Кэтрин.

Писатели использовали оригинальные романы как пусковые площадки для своих «реактивных как ракета» пересказов, и неважно, выяснялось ли в них, что Джейн стала серийной убийцей или что Кэтрин была ведьмой. И хотя большинство этих книг весьма слабо связаны с…

Развернуть

Читайте также:  All you need is love. поговорки о любви в английском языке.

Дэвид Барнетт (David Barnett) Фолк-группа «Ансэнкс» (the Unthanks) и Эдриан МакНалли создали саундтрек из стихотворений писательницы, наложенных на музыку, для прогулки и знакомства с видами Западного Йоркшира.

Что же это? Стая птиц громко взмывает ввысь; и даже несмотря на то, что над вересковыми пустошами возле музея сестер Бронте в Хоэрте нет ворон, трудно определить, реально это место или нет.

Я с головой погружен в работу над недавним проектом по сохранению культурного наследия, посвященному семье писательниц: уникальный музыкальный опыт, включающий в себя поэзию Эмили, фолк-музыку и величественный ландшафт Западного Йоркшира, –…

Развернуть Всего 212

Вы можете посоветовать похожие книги по сюжету, жанру, стилю или настроению. Предложенные вами книги другие пользователи увидят здесь, в блоке «Похожие книги». Посоветовать книгу

Всего 1K Всего 384

Читать Грозовой перевал онлайн (полностью и бесплатно)

  • Эмилия БРОНТЕ
  • ГРОЗОВОЙ ПЕРЕВАЛ
  • 1

1801. Я только что вернулся от своего хозяина — единственного соседа, который будет мне здесь докучать. Место поистине прекрасное! Во всей Англии едва ли я сыскал бы уголок, так идеально удаленный от светской суеты.

Совершенный рай для мизантропа! А мистер Хитклиф и я — оба мы прямо созданы для того, чтобы делить между собой уединение.

Превосходный человек! Он и не представляет себе, какую теплоту я почувствовал в сердце, увидав, что его черные глаза так недоверчиво ушли под брови, когда я подъехал на коне, и что он с настороженной решимостью еще глубже засунул пальцы за жилет, когда я назвал свое имя.

— Мистер Хитклиф? — спросил я.

  1. В ответ он молча кивнул.
  2. — Мистер Локвуд, ваш новый жилец, сэр. Почел за честь тотчас же по приезде выразить вам свою надежду, что я не причинил вам беспокойства, так настойчиво добиваясь позволения поселиться на Мысе Скворцов: я слышал вчера, что у вас были некоторые колебания…
  3. Его передернуло.

— Скворцы — моя собственность, сэр, — осадил он меня. — Никому не позволю причинять мне беспокойство, когда в моей власти помешать тому. Входите!

«Входите» было произнесено сквозь стиснутые зубы и прозвучало как «ступайте к черту»; да и створка ворот за его плечом не распахнулась в согласии с его словами. Думаю, это и склонило меня принять приглашение: я загорелся интересом к человеку, показавшемуся мне еще большим нелюдимом, чем я.

Когда он увидел, что мой конь честно идет грудью на барьер, он протянул наконец руку, чтобы скинуть цепь с ворот, и затем угрюмо зашагал передо мной по мощеной дороге, выкликнув, когда мы вступили во двор:

— Джозеф, прими коня у мистера Локвуда. Да принеси вина.

«Вот, значит, и вся прислуга, — подумалось мне, когда я услышал это двойное приказание. — Не мудрено, что между плитами пробивается трава, а кусты живой изгороди подстригает только скот».

Джозеф оказался пожилым — нет, старым человеком, пожалуй, очень старым, хоть крепким и жилистым.

«Помоги нам, господь!» — проговорил он вполголоса со сварливым недовольством, пособляя мне спешиться; и хмурый взгляд, который он при этом кинул на меня, позволил милосердно предположить, что божественная помощь нужна ему, чтобы переварить обед, и что его благочестивый призыв никак не относится к моему нежданному вторжению.

Грозовой Перевал — так именуется жилище мистера Хитклифа. Эпитет «грозовой» указывает на те атмосферные явления, от ярости которых дом, стоящий на юру, нисколько не защищен в непогоду. Впрочем, здесь, на высоте, должно быть, и во всякое время изрядно прохватывает ветром.

О силе норда, овевающего взгорье, можно судить по низкому наклону малорослых елей подле дома и по череде чахлого терновника, который тянется ветвями все в одну сторону, словно выпрашивая милостыню у солнца.

К счастью, архитектор был предусмотрителен и строил прочно: узкие окна ушли глубоко в стену, а углы защищены большими каменными выступами.

Прежде чем переступить порог, я остановился полюбоваться гротескными барельефами, которые ваятель разбросал, не скупясь, по фасаду, насажав их особенно щедро над главной дверью, где в хаотическом сплетении облезлых гриффонов и бесстыдных мальчуганов я разобрал дату «1500» и имя «Гэртон Эрншо».

Мне хотелось высказать кое-какие замечания и потребовать у сердитого владельца некоторых исторических разъяснений, но он остановился в дверях с таким видом, будто настаивал, чтоб я скорей вошел или же вовсе удалился, а я отнюдь не желал бы вывести его из терпения раньше, чем увижу, каков дом внутри.

Одна ступенька ввела нас прямо — без прихожей, без коридора — в общую комнату: ее здесь и зовут домом. Дом

Wuthering Heights

1801—I have just returned from a visit to my landlord—the solitary neighbour that I shall be troubled with. This is certainly a beautiful country! In all England, I do not believe that I could have fixed on a situation so completely removed from the stir of society. A perfect misanthropist’s Heaven—and Mr.

Heathcliff and I are such a suitable pair to divide the desolation between us.

A capital fellow! He little imagined how my heart warmed towards him when I beheld his black eyes withdraw so suspiciously under their brows, as I rode up, and when his fingers sheltered themselves, with a jealous resolution, still further in his waistcoat, as I announced my name.

“Mr. Heathcliff?” I said.

A nod was the answer.

“Mr. Lockwood, your new tenant, sir. I do myself the honour of calling as soon as possible after my arrival, to express the hope that I have not inconvenienced you by my perseverance in soliciting the occupation of Thrushcross Grange: I heard yesterday you had had some thoughts—”

“Thrushcross Grange is my own, sir,” he interrupted, wincing. “I should not allow any one to inconvenience me, if I could hinder it—walk in!”

The “walk in” was uttered with closed teeth, and expressed the sentiment, “Go to the Deuce!” even the gate over which he leant manifested no sympathising movement to the words; and I think that circumstance determined me to accept the invitation: I felt interested in a man who seemed more exaggeratedly reserved than myself.

When he saw my horse’s breast fairly pushing the barrier, he did put out his hand to unchain it, and then sullenly preceded me up the causeway, calling, as we entered the court,—“Joseph, take Mr. Lockwood’s horse; and bring up some wine.”

“Here we have the whole establishment of domestics, I suppose,” was the reflection suggested by this compound order. “No wonder the grass grows up between the flags, and cattle are the only hedge-cutters.”

Joseph was an elderly, nay, an old man, very old, perhaps, though hale and sinewy. “The Lord help us!” he soliloquised in an undertone of peevish displeasure, while relieving me of my horse: looking, meantime, in my face so sourly that I charitably conjectured he must have need of divine aid to digest his dinner, and his pious ejaculation had no reference to my unexpected advent.

Wuthering Heights is the name of Mr. Heathcliff’s dwelling. “Wuthering” being a significant provincial adjective, descriptive of the atmospheric tumult to which its station is exposed in stormy weather.

Pure, bracing ventilation they must have up there at all times, indeed: one may guess the power of the north wind, blowing over the edge, by the excessive slant of a few stunted firs at the end of the house; and by a range of gaunt thorns all stretching their limbs one way, as if craving alms of the sun.

Happily, the architect had foresight to build it strong: the narrow windows are deeply set in the wall, and the corners defended with large jutting stones.

Before passing the threshold, I paused to admire a quantity of grotesque carving lavished over the front, and especially about the principal door; above which, among a wilderness of crumbling griffins and shameless little boys, I detected the date “1500,” and the name “Hareton Earnshaw.” I would have made a few comments, and requested a short history of the place from the surly owner; but his attitude at the door appeared to demand my speedy entrance, or complete departure, and I had no desire to aggravate his impatience previous to inspecting the penetralium.

One stop brought us into the family sitting-room, without any introductory lobby or passage: they call it here “the house” pre-eminently.

It includes kitchen and parlour, generally; but I believe at Wuthering Heights the kitchen is forced to retreat altogether into another quarter: at least I distinguished a chatter of tongues, and a clatter of culinary utensils, deep within; and I observed no signs of roasting, boiling, or baking, about the huge fireplace; nor any glitter of copper saucepans and tin cullenders on the walls. One end, indeed, reflected splendidly both light and heat from ranks of immense pewter dishes, interspersed with silver jugs and tankards, towering row after row, on a vast oak dresser, to the very roof. The latter had never been under-drawn: its entire anatomy lay bare to an inquiring eye, except where a frame of wood laden with oatcakes and clusters of legs of beef, mutton, and ham, concealed it. Above the chimney were sundry villainous old guns, and a couple of horse-pistols: and, by way of ornament, three gaudily-painted canisters disposed along its ledge. The floor was of smooth, white stone; the chairs, high-backed, primitive structures, painted green: one or two heavy black ones lurking in the shade. In an arch under the dresser reposed a huge, liver-coloured bitch pointer, surrounded by a swarm of squealing puppies; and other dogs haunted other recesses.

Читать онлайн Грозовой перевал / Wuthering Heights бесплатно

  • пересказ Джейн Бингем
  • иллюстрации Даррелла Уорнера
  • Wuthering Heights From the story by Emily Bronte
  • Печатается с разрешения издательства Usborne Publishing Limited.
  • © Usborne Publishing Ltd
  • © ООО «Издательство АСТ

* * *

Предисловие

Когда роман «Грозовой Перевал» впервые увидел свет (1847), многие были потрясены его страстностью и неистовством.

Описания драматических сцен, разыгрывающихся посреди йоркширских вересковых пустошей, делали книгу непохожей на большинство викторианских романов.

Некоторые читатели даже полагали, что автор романа, Эллис Белл, был что называется человеком со странностями. На самом деле под псевдонимом Эллис Белл скрывалась молодая женщина, которую звали Эмили Бронте.

Эмили Бронте родилась в 1818 г. в семье преподобного Патрика Бронте, настоятеля церкви в Хауорте (графство Йоркшир на севере Англии), и была пятым ребенком. Почти всю жизнь она прожила в пасторском доме Хауорта, небольшом каменном строении, окруженном милями суровых и открытых всем ветрам пустошей.

Читайте также:  Английские предлоги места и времени

В раннем детстве Эмили провела много счастливых часов в играх с братьями и сестрами, совершала с ними пешие и конные прогулки по этим землям. Однако уже в трехлетнем возрасте она познала первые жизненные горести – у нее умерла от рака мать.

Шестилетнюю Эмили вместе с сестрой Шарлоттой устроили в закрытую школу-приют для девочек Коуэн-Бридж, где уже учились две их старшие сестры. Учителя в Коуэн-Бридж отличались чрезвычайной строгостью, зимой в школе было страшно холодно, а летом невыносимо жарко, девочкам не хватало еды.

В течение шести месяцев тяжелая болезнь легких, туберкулез, унесла жизни обеих старших сестер Бронте.

После этого случая Эмили и Шарлотта были отправлены домой и остаток детства провели в Хауорте со старшим братом Бренуэллом и младшей сестрой Анной.

Жизнь трех сестер и брата проходила очень уединенно, но они были наделены от природы богатым воображением и забавляли себя тем, что во время игр (отчасти вдохновленные игрушечными солдатиками Бренуэлла) придумывали фантастические страны, населяли их выдуманными персонажами, чьи приключения записывали в крошечные книжки. У Шарлотты и Бренуэлла была страна Ангрия, а у Эмили и Анны – королевство Гондал.

Эмили росла умным и живым ребенком, но с годами становилась все более тихой и замкнутой. Ей нравилось читать, лежа у камина, или играть с животными, которых она очень любила.

Но ей случалось проявить и смелость, и даже безрассудство. Эмили научилась пользоваться отцовским пистолетом.

Однажды, когда на нее напала чужая собака и покусала до крови, она прижала раскаленную кочергу к ране и остановила кровотечение.

За исключением нескольких месяцев, проведенных вдали от дома, всю взрослую жизнь Эмили провела в Хауорте, заботясь об отце и брате. Поначалу она была счастлива, но жизнь в пасторском доме становилась все более тяжелой.

Бронте вели очень скромный образ жизни, а Бренуэлл не оправдал возлагавшихся на него надежд. Несмотря на рано проявившиеся способности, он не сумел стать ни писателем, ни художником, пристрастился к алкоголю и опиуму.

Эмили, невзирая на трудности, продолжала писать рассказы и стихи.

В 1846 г., когда Эмили было 27 лет, сестра Шарлотта убедила ее и младшую сестру Анну опубликовать общий сборник стихов под псевдонимами Керрер Белл, Эллис Белл и Эктон Белл.

В следующем году Шарлотта (Керрер Белл) опубликовала роман «Джен Эйр», а Эмили (Эллис Белл) – роман «Грозовой Перевал».

Роман Шарлотты сразу встретил успех, но в оценках романа «Грозовой Перевал» критики не были столь единодушными.

В 1848 г. Бренуэлл Бронте умер от туберкулеза. Эмили сильно простудилась на похоронах брата, но посетить доктора отказалась, продолжая заботиться об отце и вести хозяйство. Два месяца спустя, в декабре 1848 г., в возрасте 30 лет, Эмили умерла.

Шарлотта описала последние месяцы жизни сестры в предисловии к изданию романа «Грозовой Перевал» (1850): «Наблюдая день за днем, с каким мужеством она переносит страдания, я смотрела на нее с болью восхищения и любви. Ничего подобного этому мне не приходилось видеть никогда; впрочем, и во всем остальном ей не было равных.

Духовной силой превосходя мужчину, а естественностью – дитя, она выделялась среди всех».

Эмили Бронте изобретательна в построении своего романа. Роман начинается не началом истории: первая сцена «Грозового Перевала» переносит читателя сразу чуть ли не в конец сюжета.

Из пространного изложения произошедших событий он узнает о том, что им предшествовало, и только потом рассказывается конец истории. Писательница использует нескольких рассказчиков. Первый из них – человек посторонний, Чарльз Локвуд. Он приезжает на ферму, не зная об имевших там место событиях.

То, что он наблюдает, повергает его в смятение, и это прибавляет роману загадочности. Вторая рассказчица, Нелли Дин, – экономка, выросшая вместе с двумя главными героями романа, Кэти и Хитклифом. Она описывает события, свидетелем которых ей довелось стать.

Ее повествование иногда дополняется рассказами других персонажей. В конце романа Чарльз Локвуд возвращается на Грозовой Перевал и досказывает историю.

В романе много намеренных противопоставлений и контрастов.

Одинокая и открытая всем ветрам ферма Грозовой Перевал, расположенная на высоких пустошах, противопоставляется удобной усадьбе Трэшкросс, расположенной в безопасной долине; страстные темноволосые Ирншоу резко отличаются от мягких светловолосых Линтонов. Действие переходит с фермы на усадьбу и обратно, по мере того как семьи узнают друг друга и взаимодействуют.

Эмили Бронте познала многие тяготы жизни, ей привелось видеть и смерть, и болезни, но любимые вересковые пустоши вызывали в ней острое ощущение счастья. Все это нашло отражение в романе.

Здесь много не только трагических событий и ранних смертей, но также живых описаний природы и изменчивой погоды; некоторые из самых драматичных сцен разыгрываются прямо на пустошах. Кэти и Хитклиф неотделимы от местной природы.

Так, Хитклиф сравнивается со скалистым утесом, жадной кукушкой и крадущимся волком. Фермерский дом на Грозовом Перевале мог иметь реальный прототип, но, возможно, при его описании автор использовала детали собственного жилища.

Некоторые критики полагали, что характер Кэти очень похож на характер самой Эмили, а в образе Хитклифа она представила некоторые черты своего возлюбленного.

Шарлотта Бронте сравнивала работу своей сестры над романом с работой скульптора, высекающего свои образы из камня: «Утес принял человеческий облик, и вот он перед нами, колоссальный, мрачный и угрюмый, наполовину статуя, наполовину скала». Некоторые считают роман «Грозовой Перевал» мрачным и пугающим, но благодаря особому привкусу таинственности он стал одним из самых знаменитых повествований о любви и мести.

A face at the window

[1], with the snow swirling outside the window and the wind moaning in the trees. As I listen to the wind, the sound begins to change and I hear that ghostly voice once more. Again and again, I hear it crying, «Let me in, Let me in!» But when I run to the window, there is no one there, and the only sound I can hear is the wind wuthering over the moors.

Ever since my stay in Yorkshire, I have been troubled by bad dreams. In these dreams, I’m always in the same place… the small, bare bedroom at Wuthering Heights

Wuthering Heights – that it is the name of the house where my story begins. I’ve often wished that I had never set foot inside its door…

I have just returned from Wuthering Heights – the loneliest house you could ever imagine. The ancient stone farmhouse stands high up on the moors, blank-faced and grim, with a hedge of stunted trees bent almost double by the wind.

Wuthering Heights is the home of Mr. Heathcliff, who also owns Thrushcross Grange[2], the house where I am staying.

So, once I had settled into my rooms at the Grange, I thought it would be polite to visit my landlord, up at the Heights.

It was a hard ride across the moors, and as I approached Wuthering Heights, I was pleased to see a man who I thought must be Heathcliff, leaning on his garden gate, and gazing out over the moors. He was tall and wild-looking, with a mane of thick, dark hair, and as I came nearer, he seemed to shrink away from me, scowling up from under heavy, black eyebrows.

«Mr. Heathcliff?» I asked politely.

The man nodded.

«Let my introduce myself, sir,» I continued. «I am Mr. Lockwood, your new tenant, and I hope I won’t be troubling you too much if…»

«I don’t allow anyone to trouble me,» he interrupted rudely. Then, after a pause, he added gruffly, «Walk in!»

Heathcliff showed me into a large sitting room. The room was dark and plainly furnished, with an enormous fireplace and some vicious-looking pistols hanging on the wall. In one corner, a huge hound was curled up in a basket, surrounded by a mass of squealing puppies, and I could just make out some other large dogs hiding in the shadows.

  1. I sat down by the fireside and tried to stroke one of the wolfish-looking beasts,
  2. «You’d better leave her alone,» growled Heathcliff, «she’s not used to being spoiled.»
  3. Then he strode off in search of a servant, leaving me alone in the room.

Almost as soon as their master had disappeared, the beasts began to close in on me. Two shaggy-haired sheepdogs advanced menacingly towards me and others appeared from all corners of the room.

I stayed very still in my chair, but couldn’t resist pulling faces and winking at the dogs.

This foolish action drove them into a frenzy[3], and soon they were attacking me from all sides, tugging at my clothes, and baring their teeth in a storm of snarling and yelping.

Fortunately for me, the housemaid arrived just in time. She swirled around the room swinging at the dogs with her heavy frying pan, and was just chasing away the last of them when her master returned.

«What the devil is the matter?» he asked angrily.

But I was angry too. «What the devil indeed!» I replied. «You might just as well leave your guests alone with a pack of tigers!»

At this, Heathcliff’s face relaxed into a smile.

«Come, come,» he said, «don’t be flustered, Mr. Lockwood. Guests are so exceedingly rare in this house that I and my dogs hardly know how to look after them. Here, take a little wine with me. To your good health, sir!»

Грозовой перевал

Роман Эмили Бронте «Грозовой перевал» уже более ста лет покоряет сердца многих читателей. Хотя есть и те, кто считает его отвратительным, поскольку именно такие черты характера людей отразила в произведении писательница.

Несмотря на то, что этот роман о любви, его нельзя назвать классическим. Любовь здесь предстаёт в другом ракурсе.

Принято считать, что любовь несёт добро и делает человека лучше, но иногда тёмная сторона человеческой души оказывается сильнее любви.

События переносят читателей в Англию 18 века. Когда Хитклифф был ещё ребёнком и очень тяжело болел, его подобрал владелец поместья и воспитал, как сына. Мальчик подружился с его дочерью Кэтрин, они постоянно проводили время вместе.

Но спустя годы умер хозяин поместья, Хитклифф всё же был не из их богатой семьи, а потому вынужден был пойти на тяжёлую работу. Кэтрин же воспитывалась в другой семье после смерти отца. Там она познакомилась с Эдгаром, добрым и воспитанным.

В этой семье девушку обучили хорошим манерам.

Кэтрин привыкла, что её окружает богатство, люди из высшего общества. Она не могла признать, что испытывает чувства к невежественному Хитклиффу, и стала его высмеивать.

Когда Кэтрин решила выйти замуж за богатого наследника поместья, Хитклифф уехал. Но спустя три года он вернулся, что сильно изменило не только его жизнь, но и жизнь Кэтрин.

Двое людей так и не смогли признать своих ошибок, их любовь превратилась в желание отомстить, а целью жизни стало причинять друг другу боль день за днём.

Читайте также:  John lennon и его творчество на английском

В книге писательница отразила мысль о том, что часто людям оказывается важнее положение в обществе и богатство нежели искренние чувства, пусть и к бедному человеку. Часто люди не могут переступить через гордость и признать свои чувства.

В романе описано, как много отвратительного может быть в душе людей, когда-то любивших друг друга, на какие низкие поступки они готовы пойти лишь бы ранить другого.

Эта книга до сих пор остаётся актуальной, несмотря на то, что написана много лет назад.

На нашем сайте вы можете скачать книгу «Грозовой перевал» Бронте Эмили Джейн бесплатно и без регистрации в формате fb2, rtf, epub, pdf, txt, читать книгу онлайн или купить книгу в интернет-магазине.

Все время находилась в ожидании чего-то (завязки, развязки, эмоций), а остались только неясные, сумбурные впечатления и раздражение

2/5ewgeniya

Эмоционально тяжеловато читается из-за обилия отрицательных черт характера главных героев

4/5Анна

На мой взгляд, произведение изобилует излишней жестокостью, неприятно поражает готовность выместить зло, испытываемое к родителям, на их детях

3/5Юлия

Одна из тех книг, которые должны входить в круг чтения.

5/5Гость

Не понять мне той описанной жестокости главного героя и слабой любви героини.

2/5marinapetrunek

Для меня немного тяжеловата в прочтении оказалась, но нисколько не сожалею, что дочитала до конца.

5/5NikAVik

«Грозовой перевал» — захватывающий роман о любви и ненависти

5/5Oreshka

Замечательная книга которая пробуждает множество эмоций

5/5Joan

Люблю классические английские романы, но этот, овеянный мировой славой, несколько разочаровал

5/5Pollianna

Когда я читала ее, то мной владели одни противоречивые эмоции

5/5Ovsijchuk

Неплохой язык, история присутствует, приведение даже есть

5/5Найдёна

Информация обновлена: 01.11.2021

«Грозовой перевал» за 11 минут. Краткое содержание романа Бронте

Ощутив настоятельную необходимость отдохнуть от суеты лондонского света и модных курортов, мистер Локвуд решил на некоторое время поселиться в деревенской глуши.

Местом своего добровольного затворничества он избрал старый помещичий дом, Мызу Скворцов, стоявший среди холмистых вересковых пустошей и болот северной Англии.

Обосновавшись на новом месте, мистер Локвуд счёл нужным нанести визит владельцу Скворцов и единственному своему соседу — сквайру Хитклифу, который жил милях в четырёх, в усадьбе, именуемой Грозовой Перевал.

Хозяин и его жилище произвели на гостя несколько странное впечатление: джентльмен по одежде и манерам, обликом Хитклиф был чистый цыган; дом же его напоминал скорее суровое обиталище простого фермера, нежели усадьбу помещика.

Кроме хозяина на Грозовом Перевале обитали старый ворчливый слуга Джозеф; юная, очаровательная, но какая-то чрезмерно резкая и полная ко всем нескрываемого презрения Кэтрин Хитклиф, невестка хозяина; и Гэртон Эрншо (это имя Локвуд видел выбитым рядом с датой «1500» над входом в усадьбу) — деревенского вида малый, немногим старше Кэтрин, глядя на которого можно было с уверенностью сказать лишь то, что он здесь и не слуга, и не хозяйский сын. Заинтригованный, мистер Локвуд попросил экономку, миссис Дин, удовлетворить снедавшее его любопытство и поведать историю странных людей, живших на Грозовом Перевале. Просьба была обращена как нельзя более по адресу, ибо миссис Дин оказалась не только прекрасной рассказчицей, но также и непосредственной свидетельницей драматичных событий, из которых слагалась история семейств Эрншо и Линтонов и их злого гения — Хитклифа.

Продолжение после рекламы:

Эрншо, рассказывала миссис Дин, издревле жили на Грозовом Перевале, а Линтоны на Мызе Скворцов. У старого мистера Эрншо было двое детей — сын Хиндли, старший, и дочь Кэтрин. Как-то раз, возвращаясь из города, мистер Эрншо подобрал на дороге умирающего от голода оборвыша-цыганёнка и принёс его в дом.

Мальчишку выходили и окрестили Хитклифом (впоследствии никто уже не мог точно сказать, имя ли это, фамилия или то и другое сразу), и вскоре для всех стало очевидным, что мистер Эрншо привязан к найдёнышу гораздо больше, чем к родному сыну.

Хитклиф, в чьём характере преобладали отнюдь не самые благородные черты, бессовестно этим пользовался, по-детски всячески тираня Хиндли. С Кэтрин же у Хитклифа, как ни странно, завязалась крепкая дружба.

Когда старый Эрншо умер, Хиндли, к тому времени несколько лет проживший в городе, приехал на похороны не один, а с женой.

Вместе они живо завели на Грозовом Перевале свои порядки, причём молодой хозяин не преминул жестоко отыграться за унижения, которые когда-то переносил от отцовского любимца: тот теперь жил на положении едва ли не простого работника, Кэтрин тоже приходилось нелегко на попечении недалёкого злобного ханжи Джозефа; единственной, пожалуй, её отрадой была дружба с Хитклифом, мало-помалу перераставшая в неосознаваемую ещё молодыми людьми влюблённость.

Брифли существует благодаря рекламе:

На Мызе Скворцов тем временем тоже жили двое подростков — хозяйские дети Эдгар и Изабелла Линтоны. В отличие от дикарей соседей, это были настоящие благородные господа — воспитанные, образованные, излишне, может быть, нервные и высокомерные.

Между соседями не могло не состояться знакомства, однако Хитклиф, безродный плебей, в компанию Линтонов принят не был. Это бы ещё ничего, но с какого-то момента Кэтрин стала с нескрываемо большим удовольствием проводить время в обществе Эдгара, пренебрегая старым другом, а то, порой, и насмехаясь над ним.

Хитклиф поклялся страшно отомстить молодому Линтону, и не в натуре этого человека было бросать слова на ветер.

Шло время. У Хиндли Эрншо родился сын — Гэртон; мать мальчика после родов слегла и больше уже не вставала. Потеряв самое дорогое, что у него было в жизни, Хиндли на глазах сдавал и опускался: целыми днями пропадал в деревне, возвращаясь же пьяным, неуёмным буйством наводил ужас на домашних.

Отношения Кэтрин и Эдгара постепенно приобретали все более серьёзный характер, и вот, в один прекрасный день молодые люди решили пожениться.

Кэтрин непросто далось такое решение: душой и сердцем она знала, что поступает неправильно; Хитклиф был средоточием самых больших её дум, тем, без кого для неё немыслим мир.

Однако если Хитклифа она могла уподобить подземным каменным пластам, на которых все держится, но чьё существование не приносит ежечасного удовольствия, свою любовь к Эдгару она сравнивала с весенней листвой — ты знаешь, что зима не оставит и следа её, и тем не менее не можешь не наслаждаться ею.

Продолжение после рекламы:

Хитклиф, едва узнав о предстоящем событии, исчез с Грозового Перевала, и долго о нем ничего не было слышно.

Вскоре была сыграна свадьба; ведя Кэтрин к алтарю, Эдгар Линтон почитал себя счастливейшим из людей. Молодые зажили на Мызе Скворцов, и всякий, кто видел их в то время, не мог не признать Эдгара и Кэтрин образцовой любящей парой.

Кто знает, как бы долго ещё продолжалось безмятежное существование этой семьи, но в один прекрасный день в ворота Скворцов постучался незнакомец. Не сразу в нем признали Хитклифа, ибо прежний неотёсанный юноша предстал теперь взрослым мужчиной с военной выправкой и повадками джентльмена. Где он был и чем занимался в те годы, что минули с его исчезновения, так для всех и осталось загадкой.

Кэтрин с Хитклифом встретились как старые добрые друзья, у Эдгара же, который и раньше недолюбливал Хитклифа, его возвращение вызвало неудовольствие и тревогу. И не напрасно.

Его жена в одночасье утратила душевное равновесие, так бережно им оберегаемое.

Оказалось, что все это время Кэтрин казнила себя как виновницу возможной гибели Хитклифа где-то на чужбине, и теперь его возвращение примирило её с Богом и человечеством. Друг детства стал для неё ещё более дорог, чем прежде.

Брифли существует благодаря рекламе:

Несмотря на недовольство Эдгара, Хитклиф был принят на Мызе Скворцов и стал там частым гостем. При этом он отнюдь не утруждал себя соблюдением условностей и приличий: был резок, груб и прямолинеен.

Хитклиф не скрывал, что вернулся он лишь для того, чтобы свершить месть — и не только над Хиндли Эрншо, но и над Эдгаром Линтоном, отнявшим у него жизнь со всем её смыслом.

Кэтрин он горько пенял за то, что ему, человеку с большой буквы, она предпочла безвольного нервного слюнтяя; слова Хитклифа больно бередили ей душу.

Ко всеобщему недоумению, Хитклиф поселился на Грозовом Перевале, уже давно превратившемся из дома помещика в притон пьяниц и картёжников. Последнее было ему на руку: проигравший все деньги Хиндли выдал Хитклифу закладную на дом и имение. Таким образом тот сделался владельцем всего достояния семейства Эрншо, а законный наследник Хиндли — Гэртон — остался без гроша.

Частые визиты Хитклифа на Мызу Скворцов возымели одно неожиданное следствие — Изабелла Линтон, сестра Эдгара, без памяти влюбилась в него.

Все вокруг пытались отвратить девушку от этой почти противоестественной привязанности к человеку с душою волка, но та оставалась глуха к уговорам, Хитклифу она была безразлична, ибо ему было плевать на всех и вся, кроме Кэтрин и своей мести; вот орудием этой мести он и решил сделать Изабеллу, которой отец, обойдя Эдгара, завещал Мызу Скворцов. В одну прекрасную ночь Изабелла сбежала с Хитклифом, а по прошествии времени они объявились на Грозовом Перевале уже мужем и женой. Нет слов, чтобы описать все те унижения, каким подвергал молодую жену Хитклиф, и не думавший от неё скрывать истинных мотивов своих поступков. Изабелла же молча терпела, в душе недоумевая, кто же такой на самом деле её муж — человек или дьявол?

С Кэтрин Хитклиф не виделся с самого дня своего побега с Изабеллой. Но однажды, узнав, что она тяжело больна, он, несмотря ни на что, явился в Скворцы.

Мучительный для обоих разговор, в котором до конца обнажилась природа чувств, питаемых Кэтрин и Хитклифом друг к другу, оказался для них последним: в ту же ночь Кэтрин скончалась, дав жизнь девочке.

Девочку (её-то, повзрослевшую, и видел мистер Локвуд на Грозовом Перевале) назвали в честь матери.

Брат Кэтрин, ограбленный Хитклифом Хиндли Эрншо, в скором времени тоже умер — напился, в буквальном смысле, до смерти. Ещё раньше исчерпался запас терпения Изабеллы, которая наконец сбежала от мужа и поселилась где-то под Лондоном. Там у неё родился сын — Линтон Хитклиф.

Минуло двенадцать или тринадцать лет, в течение которых ничто не нарушало мирной жизни Эдгара и Кэти Линтонов. Но тут на Мызу Скворцов пришла весть о смерти Изабеллы. Эдгар немедленно отправился в Лондон и привёз оттуда её сына. Это было избалованное создание, от матери унаследовавшее болезненность и нервозность, а от отца — жестокость и дьявольское высокомерие.

Кэти, во многом похожая на мать, сразу привязалась к новоявленному кузену, но уже на следующий день на Мызе появился Хитклиф и потребовал отдать сына. Эдгар Линтон, конечно же, не мог возражать ему.

Следующие три года прошли спокойно, ибо всякие сношения между Грозовым Перевалом и Мызой Скворцов находились под запретом.

Когда Кэти исполнилось шестнадцать, она таки добралась до Перевала, где нашла двух своих двоюродных братьев, Линтона Хитклифа и Гэртона Эрншо; второго, правда, с трудом признавала за родственника — уж больно груб и неотесан он был.

Что же касается Линтона, то, как когда-то её мать, Кэти убедила себя, что любит его. И хотя бесчувственный эгоист Линтон не был способен ответить на её любовь, в судьбу молодых людей вмешался Хитклиф.

К Линтону он не питал чувств, сколько-нибудь напоминавших отцовские, но в Кэти видел отражение черт той, что всю жизнь владела его помыслами, той, чей призрак преследовал его теперь.

Поэтому он задумал сделать так, чтобы и Грозовой Перевал, и Мыза Скворцов после смерти Эдгара Линтона и Линтона Хитклифа (а оба они уже дышали на ладан) перешли во владение Кэти.

А для этого детей надо было поженить.

И Хитклиф, вопреки воле умирающего отца Кэти, устроил их брак. Несколько дней спустя Эдгар Линтон скончался, а в скором времени за ним последовал и Линтон Хитклиф.

Вот и осталось их трое: одержимый Хитклиф, презирающий Гэртона и не находящий управы на Кэти; беспредельно высокомерная и своенравная юная вдова Кэти Хитклиф; и Гэртон Эрншо, нищий последыш древнего рода, наивно влюблённый в Кэти, которая нещадно третировала неграмотного деревенщину-кузена.

Такую историю рассказала мистеру Локвуду старая миссис Дин. Подошло время, и мистер Локвуд решил наконец расстаться с деревенским уединением, как он думал, навсегда. Но год спустя он проездом снова очутился в тех местах и не мог не навестить миссис Дин.

За год, оказывается, многое переменилось в жизни наших героев. Хитклиф умер; перед смертью он совсем лишился рассудка, не мог ни есть, ни спать и все бродил по холмам, призывая призрак Кэтрин. Что до Кэти с Гэртоном, то постепенно девушка оставила презрение к кузену, потеплела к нему и наконец ответила на его чувства взаимностью; свадьбу должны были сыграть к Новому году.

На сельском кладбище, куда мистер Локвуд зашёл перед отъездом, все ему говорило о том, что, какие бы испытания ни выпадали на долю покоящихся здесь людей, теперь все они спят мирным сном.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector